Ведущая Маша Ефросинина

На ТВ или на своем ютуб-канале — она всегда вызывает интерес миллионной аудитории. Маша Ефросинина рассказывает в эксклюзивном интервью Folga’ о карьере, любви, воспитании детей и о смыслах, которые она вкладывает в свой труд каждый день

Автор:
Коява Лариса

Маша ЕФРОСИНИНА: «У меня никогда не было ни кумиров, ни ориентиров, ни образцов!»

Маша Ефросинина

Я — человек, который на сегодняшний день может смело заявить, что занимается только тем, что ему нравится

Яркая телеведущая, которая может заставить зрителя сопереживать, смеяться, грустить. Хороший собеседник, вопросы которой не ранят гостей студии, а помогают им говорить открыто и честно практически на любые темы. Серьезные и комедийные проекты на телевидении, игра в театре и масштабный благотворительный Charity weekend — Маша Ефросинина может быть разной, но никогда не изменяет себе. Сегодня, в гостях у журнала Folga’, она очень откровенна.

Маша, вы всегда очень смело принимали решения и попробовали себя в разных ролях: телеведущая, актриса, ведущая «Евровидения», блогер… В какой роли вам наиболее комфортно?

Это то же самое, как если бы меня спросили, кого я люблю больше из своих детей — дочь или сына. Так же, как к своим инстинктам в личных отношениях, с той же степенью силы я отношусь к себе и в профессии. Все, что вы перечислили: телевидение, актерство, евровидение, блогерство (немыслимое для меня слово) — это все разновидности моего ремесла. Если говорить предметно и глубоко — это то, чем занимается человек, который когда-то, 22 года назад, впервые встал в кадр, и ему сказали: «Камера, мотор!» Он должен был воспроизводить какой-то контент, хотя тогда еще такого слова и в помине не было. То есть что-то эдакое, что должно было вызывать у людей эмоцию, разную: восхищение, смех, умиление, отвращение. Все, что в принципе способен испытывать зритель. Он смотрит на какую-то активность в экране телевизора, компьютера, телефона, а ты производишь некое важное для него зрелище. Все вышеупомянутое лежит в этой плоскости для меня.

М. Ефросинина

Конечно, актерство — это чуть другое, другие техники, другая школа. Я ему обучалась. А быть ведущей прямого эфира, как на том же «Евровидении», это немного другие страхи, чем в записи. Но совокупно — то же блогерство, я считаю, — это производное от такого ремесла, скажем, как телеведущий. Только у тебя есть твой микроканал, твои возможности транслировать, тебя никто не редактирует, кроме тебя самой. В тебе работает твоя внутренняя цензура, а не штат из трехсот человек. Но по факту это — то же самое, то же воспроизведение чего-то, что поднимает человеку настроение, будоражит его эмоции. Поэтому не спрашивайте меня про комфорт, мне все это нравится одинаково. Ведь я — человек, который на сегодняшний день может смело заявить, что занимается только тем, что ему нравится, и как ему комфортно.

На пике карьеры вы смело приняли решение взять творческую паузу. Кто обычно поддерживает вас в такие судьбоносные моменты?

Нет, это была не творческая пауза, это был принципиальный момент: в мои 35 лет во мне появилось четкое ощущение потребности заниматься лишь тем, что приносит мне удовольствие и удовлетворение. Я как раз уходила от творческой паузы. Потому что я хотела дальше работать, работать много и в больших масштабах. Соответственно, клише, которое вешается на меня, — что я ушла с телевидения — абсолютно абсурдно. Все очень просто: я покинула телеканал с желанием делать большие, серьезные и смысловые проекты, которые в тот момент на канале мне никто предложить не мог. И эти 6 лет сделали меня той, кем я стала. Я развилась в очень многих направлениях. Включая общественную деятельность, Интернет, невероятное количество мероприятий национального масштаба, где я была спикером. Во-первых, все решения я принимаю самостоятельно, и, естественно, поддерживает меня в этом мой муж. Я готова сказать, что и моя семья. А это, кроме мужа — детвора, мама, сестра и ее дети. От них я скорее всегда получаю тепло, любовь и поддержку. А советуюсь, анализирую вслух — это я делаю в компании моего мужа Тимура.

ведущая проекта «Экзамен»

Могут ли точно так же на вас положиться ваши друзья и родные? Вы хороший друг?

В моем понимании хороший друг — это человек, который ценит твое существование в своей жизни безотносительно того, к какому социальному слою ты принадлежишь, в какой точке жизненной силы ты сегодня: суеты, паузы, падения, взлета — неважно. Он в принципе ценит, что ты есть в его жизни, несешь для него какой-то смысл. Это человек, который способен всегда быть рядом, пусть и на расстоянии. Всегда держит тебя за руку, даже издали — это некая живая связь, по венам которой течет кровь. Это очень важно. Я дружбу вообще не выношу за скобки семьи или родства. Хороший, настоящий друг — это родной человек. Поэтому я всегда с осторожностью называю себя чьим-то другом. Правда. Потому что я все это даю: я привязываюсь, я ценю, я предана, как пес, я очень участвую в жизни и т.д. То же самое хочу чувствовать и в свой адрес. Поэтому друзей, таких, которых я называю близкими, у меня не много. Но они у меня есть, и это делает меня очень счастливой.

Ваш ютуб-канал и программа «Экзамен» сегодня очень популярны. Расскажите, как вы начинали его раскручивать, не было ли разочарования в тех людях, на поддержку которых вы тогда рассчитывали?

Это не совсем про раскрутку… Разочарования? Свой ютуб-канал считаю очень большим вызовом своему тщеславию. Это важно понимать. Создавать его с нуля, имея за спиной проекты, которые еще 2 месяца назад смотрели миллионы украинцев по всей стране, — это, конечно, серьезное испытание. То есть ты видишь рейтинги проектов «Шоумастгоуон», «Сердца трех» и понимаешь, что у тебя сейчас на канале, на вот этой вот страничке, которую ты завел, — ноль подписчиков. А потом, через 2 недели, — 2 тысячи подписчиков. Это — история не для слабонервных. Особенно для людей с ярко выраженным тщеславием, как у меня, амбициями, популярностью с 18-ти лет. Это было — испытание.

И, раз уж помянули всуе мой ютуб-канал, я одновременно хочу осыпать благодарностями тех, кто со мной был тогда: это несколько человек, поверивших в меня, тоже из моей телевизионной команды — в разное время работали вместе; это две мои подруги, которые взяли меня, условно, за обе руки и сказали: «Давай делать. Что мы теряем? Ты сможешь, мы сможем, давай!». Я, честно, очень долго на них опиралась. На их веру, на то, как они горели, на то, что они придумывали. Потому что я представляла собой абсолютный пассив. Потом я еще нашла ребят, вернее, они сами как-то нашлись в моей жизни. И мы — делали. Мы записывали мои «Пятерочки». Короче говоря, до «Экзамена» это все была вера людей в канал и в меня. Исключительно. И никакой моей заслуги. Мне говорили, что делать, и я делала, потому что я видела, что люди горят, и не хотела их разочаровывать.

Когда придумался «Экзамен», я тоже не сразу включилась. Я понимала, что мы, наверное, не делаем ничего выдающегося. Это всего лишь интервью, которые делают все. Но все изменилось тогда, когда мы стали получать огромные фидбэки. Во-первых, количество подписчиков росло, во-вторых, оказалось, что это интервью ни на какое другое не похоже из-за того, что я тоже отвечаю на «сердечки». Мы хотели от них позже отказаться, потому что я, казалось, «подвысохла» и рассказала уже все. Но люди начали бунтовать. Мол, нет, верните ответы Маши! Я поняла, что есть аудитория. А потом еще я взглянула в какое-то прекрасное утро на количество просмотров и, честно говоря, охренела: если переводить их в сегодняшние рейтинги на телевидении, то мы, по телевизионным меркам, вполне могли бы считаться рейтинговым проектом. Ведь именно в таких цифрах сегодня измеряется телесмотрение вполне себе удачного проекта. И я включилась, конечно. И уже у нас на разработке новые проекты. И уже расширяется команда. И нас, конечно, не остановить. И огромнейшее спасибо людям, которые когда-то поверили в меня.

Официальный канал украинской телеведущей и общественного деятеля Маши Ефросининой

Можно ли вашу семью называть надежным тылом? И не приходится ли время от времени выбирать между успехом и «погодой в доме»?

Ответ будет коротким: не приходится. Когда ты делаешь то, что любишь, когда живешь с людьми, которых любишь, и они любят тебя, это означает, что такого выбора не существует в принципе. Потому что любой интерес человека внутри семьи, любого человека-члена семьи проходит через что? Правильно — уважение и принятие. Это самое главное. Вот когда приходится выбирать, жертвовать, идти на страшные «заглушки» своих интересов, желаний и эго — это вообще не про семью.

Charity weekend Маши Ефросининой — это очень благородно и достойно уважения. Расскажите, пожалуйста, об этом проекте подробнее. Почему он появился? Возможно, какой-то случай из жизни повлиял на выбор тех категорий, которым фонд помогает?

Charity weekend появился в 2014 году, когда я как раз уволилась с канала. Была в разгаре война, кризис в стране, и плюс я была беременна моим сыном. Все в тот год складывалось в моей жизни так, что я начала верить в судьбу. Я совершенно случайно встретила создательницу фонда «Твоя опора» Леру Татарчук, и мы быстро, мгновенно, молниеносно подружились. Я стала попечителем этого фонда, мы стали придумывать проекты, которые могут собирать деньги на то, чтобы спасать детей, тогда еще переселенцев из зоны АТО. Потом подключились интернаты, детдома. Людей, нуждающихся в помощи, стало так много, что мы не успевали делать большие сборы через Facebook, Instagram и т.д.

Мы придумали Charity weekend — мероприятие, которое будет давать крутой контент. Но чтобы попасть на него, нужно платить деньги, а мы все до копейки будем отдавать на благотворительность. Поэтому Charity weekend на сегодня — это огромная программа, включающая маленькие камерные мероприятия, большие фестивали, это движение целое, в котором есть одна идеология — мы не собираем драмой. Мы собираем возможностью сплотиться и круто провести время. Здесь нет места слезам, рассказам, как тяжело живется, это все и так понимают. Зато есть крутой, полезный, классный контент, за который люди готовы отдавать деньги на благотворительность, параллельно получая удовольствие от мероприятия. Я горжусь этим проектом, горжусь.

Помогаем мы, по-прежнему, детям, лишенным помощи взрослых, то есть брошенным детям. И очень большая часть наших сборов идет на комплексные решения: мы закупаем оборудование, ставим его в самые большие государственные учреждения. Потому что туда абсолютно со всей Украины везут детей с сердечными заболеваниями и различными другими патологиями. Поэтому один аппарат способен спасать тысячи жизней. Этим путем мы уже идем который год.

Сложился ли пазл счастливой жизни в вашем представлении удовлетворенности от своей деятельности? Если нет, то чего не хватает?

Я не готова пока дать однозначный ответ. Покажите мне человека, который ответит в 40 лет: «Да, сложился пазл счастливой жизни». Нет, человек, особенно творческий, который ставит себе задачу год за годом делать что-то новое, ну как он вам на это ответит? Это же всегда стремление, это всегда желание что-то сделать, это всегда жажда большего масштаба, потребность помочь большему количеству людей. Это бесконечный путь. Другое дело, как ты внутри него себя чувствуешь, растешь или разрушаешься. Я расту, я наполняюсь, это дает мне право думать, что я иду правильным путем. Я падаю в нем, я плачу, мне очень тяжело, я часто переживаю моменты отчаяния. Потому что это непросто — помогать другим, поднимать тему насилия, которая стала просто Китайской стеной, сквозь которую не пройти. Но ты встаешь, понимаешь масштабы, видишь свой внутренний огонь и несешься дальше. «Счастливы ли вы?» — это не вопрос: я делаю то, что мне нравится. Я четко понимаю контуры, за которые не выхожу. Иначе я разорвусь или же сойду с ума.

ведущая утреннего шоу на Новом канале

Насколько вам комфортно быть частью украинского шоу-бизнеса? Никогда не хотелось попробовать свои силы в другой стране?

Если бы мне хотелось попробовать силы в другой стране, я бы их попробовала. Моя жизнь и моя карьера предлагали мне такие шансы. Я считаю украинский шоу-бизнес достаточно мирной территорией, без склок, скандалов, без интриг, без неприятного пакостного шуршания такого… отдающего гнильцой. Мне достаточно комфортно быть внутри того, что делают творческие люди в нашей стране. Мне очень нравится, что большая их часть абсолютно европеизирована.

Что я имею в виду: все, что они производят, они делают широкомасштабно, свободно, ни от кого не зависят. То есть вот этих подковерных игрищ, которые ощутимо есть у наших соседей, у нас этого практически нет. Здесь каждый отвечает за себя, каждый несет за свои действия ответственность. И никого в это не вплетает. Вот это очень важно. В украинском шоу-бизнесе есть место нормальной, хорошей, человеческой дружбе, взаимной поруке. Возможно, иногда не так, как хотелось бы, но это, поверьте мне, исключительно эмоции. По большому счету, у нас достаточно добрый и мирный шоу-бизнес. Я даже могу сказать, что я со многими ребятами дружу.

Интервьюируя украинских звезд, видите ли вы, что объединяет тех, кто достиг успеха в этой сфере?

Не хотелось бы разделять на категории. Хотя, безусловно, они есть, и они очень легко прослеживаются сейчас. Особенно когда делаешь с ними интервью. Но не буду этого делать с точки зрения этики. Всего лишь могу судить из своих наблюдений и из своей внутренней свободы, потому что, занимаясь ютубом, ты, безусловно, трансформируешь и расширяешь свои границы — из телеведущей в человека абсолютно нецензурируемого. Это, с одной стороны, «вау, круто!». С другой стороны — это тоже тяжелая работа. Потому что, работая и на телевидении, и в ютубе, ты должен каким-то образом маневрировать. Так вот, работая над своим каналом, я поняла, что свобода самовыражения, включающая искренность, подлинные истории, желания и внутреннюю силу быть слабым в кадре, показывать свои недостатки, делиться уроками, показывать «трушную» жизнь, к сожалению, сегодня еще есть не у всех. Я знаю этому оправдание. Еще 5 лет назад я была такой же — девочка из красивой, накрахмаленной жизни. «Маша-улыбаша», которую все любят или ненавидят. Но третьей краски не было. И я скажу так, что эта «трушность» сегодня присуща тем, кто заявляет о себе как о личности. А не как о человеке, ассоциируемом с тем или иным форматом, песней, хитами и т.д. То есть когда на авансцену выходит личность, которая создает творчество. А не наоборот, когда личность прячется за тем творчеством, которое она выдает своему зрителю. И то, и другое всегда будет иметь место и право на существование в лучах славы. Абсолютно всегда. И это право есть у каждого человека. Но если вы спрашиваете о разнице, я вам ее объяснила.

Попечитель благотворительного фонда Ефросинина М.

Глядя на стремительный карьерный скачок нашего президента, не возникает ли у вас желания попробовать себя в политике, в социальной сфере?

Любые мои намерения в чем-то себя попробовать никогда не базировались на том, что я на кого-то гляжу. Never in my life. Я опираюсь только на то, что чувствую сама, хочу сама и вижу как цель. Никогда у меня не было ни кумиров, ни ориентиров, ни образцов.

Какие советы вы даете своим детям и как видите их путь к успеху?

Я не советую, а, скорее, воспитываю. Воспитываю в детях несколько основных черт, которые, на мой взгляд, помогут им стать цельными личностями, которые смогут побороться за успех. Я воспитываю в них сострадание к ближнему. Я стараюсь искоренять тотальный эгоизм, который присущ сегодня детям. Нынешние родители его порой сами и культивируют, желая дать детям все, потому что сами жили «в жопе». Я хочу вот так лавировать и давать понять, что самолюбие — это круто, эгоизм — это плохо. Я учу их себялюбию, показывая, что есть та жизнь, в которой они вполне могут оказаться уже завтра, если нас не будет рядом. Я учу их ценить деньги. Я учу их понимать, что манна небесная, падающая просто так, стоит дорого, за нее надо будет платить. Никогда ничего не дается просто так. Все в этой жизни нужно заслужить и заработать. Я ежедневно трачу на это силы и энергию, рассказывая истории, примеры из жизни других людей. Показываю им, что просто так не бывает. Это дорогой ценой обходится. Я учу их дружить. Я учу их видеть предательство и не прощать его. То есть взращиваю себялюбие, все это перечисляю и понимаю, что все к этому сводится. Я его культивировала в себе долгие годы и не хочу, чтобы мои дети тратили столько времени на это. Они видят успех, они видят наши страдания и падения. Они видят, как мы с их папой боремся за то, чтобы что-то поменять в стране, и как это тяжело дается. Все это они видят. Все происходит на их глазах.

Фото: из личного архива героини